RUS ENG

Translator

AzerbaijaniBasqueBelarusianBulgarianCatalanChinese (S)Chinese (T)CroatianCzechDanishDutchEnglishEstonianFilipinoFinnishFrenchGalicianGeorgianGermanGreekHaitian CreoleHebrewHindiHungarianIcelandicIndonesianIrishItalianJapaneseKoreanLatvianLithuanianMacedonianMalayMalteseNorwegianPersianPolishPortugueseRomanianRussianSerbianSlovakSlovenianSpanishSwahiliSwedishThaiTurkishUkrainianUrduVietnameseWelshYiddish

Читайте в следующем номере

Индексирование журнала

Импакт-фактор российских научных журналов

Группа ВКонтакте

Группа в FB

International scientific and practical law journal Eurasian Journal of International Law

К вопросу о введении института следственных судей в России: заседание Комитета гражданских инициатив (г. Москва, 10 марта 2015 г.)

10 марта 2015 г. в Комитете гражданских инициатив открылась серия круглых столов, посвященных проблемам судебной системы. Состоявшийся круглый стол – первое мероприятие из серии дискуссий по проблемам правосудия, в ходе которых экспертами будут сформулированы предложения по судебной реформе. В нем приняли участие члены Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, юристы, эксперты в области судебного права. В основе обсуждения лежала концепция советника Конституционного Суда РФ профессора А.В. Смирнова «Возрождение института следственных судей в российском уголовном процессе».

Ключевые слова: следственные судьи, уголовное судопроизводство, судебный контроль за предварительным следствием.

To a question of introduction of institute of investigative judges in Russia: meeting of Committee of civil initiatives (Moscow, on March 10, 2015)

On March 10, 2015 in Committee of civil initiatives a series of the round tables devoted to problems of judicial system opened. The taken place round table – the first action from a series of discussions for justice problems during which experts will formulate offers on judicial reform. Members of council at the Russian President on development of civil society and human rights took part in it, lawyers, experts in the field of the judicial right. Discussion the concept of the Counselor of the Constitutional Court of the Russian Federation was the cornerstone of professor A.V. Smirnov «Revival of institute of investigative judges in the Russian criminal trial».

Keywords: investigative judges, criminal legal proceedings, judicial control of preliminary investigation.

10 марта 2015 г. в Комитете гражданских инициатив открылась серия круглых столов, посвященных проблемам судебной системы. Председатель КГИ А.Л. Кудрин, открывая мероприятие, отметил, что без эффективно работающего суда невозможна и эффективная рыночная экономика.

Открыла круглый стол д-р юрид. наук, профессор, судья Конституционного Суда РФ в отставке Т.Г. Морщакова. Она объявила личную благодарность Комитету гражданских инициатив и обратила внимание собравшихся на актуальность заявленной темы.

Советник Президента РФ, Председатель Совета по развитию гражданского общества и правам человека М.А. Федотов отметил, что тематика обсуждения очень важна, поскольку без нормальной судебной системы построить правовое государство невозможно. Это касается и института следственных судей, и института суда присяжных, и многих других аспектов. Если в России появится нормальный институт независимого суда, то Совет по правам человека может считать свою функцию выполненной, но пока, к сожалению, это цель, а не средство развития общества, нормальной экономики, средство повышения благосостояния людей.

Д-р юрид. наук, профессор, советник Конституционного суда РФ А.В. Смирнов подчеркнул, что выступает в качестве ученого и, будучи физическим лицом, не может представлять законопроект. Речь пойдет о теоретической концепции, которая имеет практическое значение. Докладчик отметил, что предлагаемая концепция носит черты компромисса, поскольку уголовный процесс ближе всех отраслей относится к политике, а политика – искусство компромисса.

По этой концепции следственные судьи не отделены от общей судебной системы. Максимально сохранены полномочия следователя, прокурора, хотя есть довольно заманчивые предложения по деформализации предварительного расследования. Институт следственных судей – нечто превышающее обычную процессуальную форму, то, что обычно является процессуальной гарантией. Этот институт может занять не слишком много места в уголовном процессе. Использование этого института может разгрузить процесс по другим направлениям, в частности, весьма обременительным для современного института судопроизводства. Действия, вытекающие из дополнительной процессуальной гарантии, – это выбор сторон,

т. е. стороны обвинения и защиты сами решают, нужно ли им прибегать к тем или иным усовершенствованиям, связанным с участием следственного судьи, или не использовать их. Защита может представить доказательства прямо в судебном заседании, а может обратиться к следст-венному судье, чтобы провести дополнительные

действия.

При этом А.В. Смирнов отметил, что идея следственного судьи не является новшеством. У нас уже есть судья в уголовном процессе по делам частного обвинения, только эти дела считаются маловажными. Потребность в этом институте ощущалась всегда, во все исторические эпохи. Лучшего производства для защиты прав еще не придумали, это метод правового регулирования, когда между сторонами ставится беспристрастный и независимый арбитр, который осуществляет публичный контроль. Вопрос лишь в том, как оптимизировать эти действия, как найти разумный баланс между защитой прав и процессуальной экономикой. Защитник или потерпевший могут требовать от следователя проведения следственных действий. Закон говорит о том, что следователь не вправе отказать в проведении такого рода следственных действий, но при условии, если это имеет значение для дела. Представляется, что введение института следственных судей на предварительном расследовании позволит решить такую задачу, как обеспечение равенства

сторон.

– Если мы будем дожидаться, когда у нас возникнут идеальные сознательные судьи, следователи, дознаватели, мы можем состариться и помереть и не дождаться этой светлой перспективы, – отметил докладчик. – Задача хорошо отлаженного правового механизма, вообще права, состоит в том, чтобы таким образом организовать взаимоотношения субъектов, чтобы даже человек, который не слишком беспристрастен, не идеален, попав в такой механизм, все равно выдавал на выходе приемлемые решения. Главное даже не следственный судья, а то, что сопутствует ему, та среда, в которой он может существовать, – судебное заседание.

А.В. Смирнов указал, что следственный судья должен выполнять четыре группы полномочий. Кроме обеспечения равенства сторон это осуществление помощи сторонам в собирании и проверке судебных доказательств, сохранение конституционных прав личности и решение вопроса о предании суду. В настоящий момент и в законодательстве, и в теории существует представление о том, что следственный судья должен обладать только юрисдикционными полномочиями. Практика показала, что такого рода полно-

мочия не делают судью судьей. Суды создают парадоксальнейшую ситуацию, судьи избегают оценки доказательств. Правосудие без доказательств невозможно, тем не менее, мы это видим. Следственные судьи участвуют в процессе доказывания путем проведения судейских следственных действий по требованию сторон. Судья не должен ни в коем случае принимать на себя ответственность за проведение расследования, чтобы не стать уголовным преследователем. Он действует по требованию стороны обвинения и защиты, которые сами выбирают момент и необходимость проведения судебных следственных действий. В-первых, сторона защиты или потерпевший могут допросить тех свидетелей, которых считают нужными. Это очень острая задача, все адвокаты это прекрасно знают. Во-вторых, показания, записанные в протокол, сразу становятся судебными доказательствами. Следовательно, даже если эти свидетели не явятся на основное судебное разбирательство, там можно будет, уже не требуя соглашения всех сторон, использовать эти показания, что не нарушит ни право на исследование доказательств, ни право на очную ставку. В случаях обыска, выемки, задержания нельзя исключить из оборота доказательство – протокол, который составляет следователь и дознаватель.

Представляется правильным, отметил докладчик, что вопрос о придании судебного статуса доказательствам решается не с помощью системы двух палок. Что касается остальных доказательств, если ни одна из сторон не заявляет ходатайство о признании такого рода доказательств недопустимыми, следственный судья считает их допустимыми. Таким образом обеспечивается защита прав участников процесса, и вместе с тем соблюдаются интересы процессуальной экономии. В проекте также предусматривается, что следственный судья может прекращать уголовное дело, если доказательств, которые представила сторона обвинения, явно недостаточно для передачи дела в суд. Если доказательств вообще нет, или они все признаны недопустимыми, «выбиты» удачливой стороной, можно прекратить дело за отсутствием состава преступления там, где нет юридических предпосылок для продолжения производства по делу, действует истечение срока давности или примирение сторон или еще какие-то основания, которые называют нереабилитирующими.

– Если мы говорим о судебном следователе, то это как раз следователь по французскому образцу, – сказал А.В. Смирнов, отвечая на вопрос «Почему возникла идея следственного судьи, а не судебного следователя?». – Это судья, который заключает виновного и предъявляет ему обвинение. В этом случае реальной состязательности в процессе наблюдаться не будет. Следственный судья – это судья над следствием. Он действует только по требованию сторон, сам он инициативы, как правило, не проявляет.

Вице-президент Федеральной палаты адвокатов РФ, канд. юрид. наук, доцент Г.М. Резник пояснил, что основная идея введения следственного судьи, судебного следователя – обеспечение состязательности на предварительном следствии. Он задал А.В.Смирнову вопросы: «Как у нас появляется обвиняемый?», «Каким образом предлагаемая конструкция будет включать в себя такие институты, как досудебное соглашение со следствием и прекращение дела за примирением?».

– Вопрос не в бровь, а в глаз, – ответил А.В. Смирнов. – Вообще предъявление обвинения в состязательном процессе тоже должно происходить в идеале перед судьей. В первоначальной версии проекта было предусмотрено такое судебное заседание по предъявлению перед судьей первоначального обвинения. Была реализована задача-минимум – максимально приблизить концепцию к существующему регулированию, чтобы как можно меньше ломать. Если будем предъявлять обвинение перед следственным судьей, это значит, что здесь нужны уже и доказательства, которые первоначальное обвинение будут подтверждать. Они могут быть еще не получены, потому что не проведены судейские следственные действия. Это может быть задача на будущее.

А.В. Смирнов указал, что институт досудебного соглашения можно оставить как есть, при условии, что следственный судья по этой категории дел будет контролировать зрелость окончательного обвинения в стадии предания суду, то есть при передаче дела для рассмотрения по существу. Если же нет доказательств, он просто прекратит дело.

Первый заместитель председателя Верховного Суда РФ в отставке, канд. юрид. наук В.И. Радченко отметил, что в случае примирения сторон дело должно прекращаться автоматически, по закону, а не по усмотрению органов уголовного преследованя.

– По тем категориям дел, по которым предусмотрено участие следственного судьи, эти явления будут довольно редкими, – признал он.

В пользу создания института следственных судей В.И. Радченко привел довод о характеристике дел, которые сейчас рассматривают судьи. По данным Судебного департамента при Верховном суде РФ, в 2013 году доля материалов, в порядке судебного контроля рассмотренных судьями райсудов, составила 59,3 % от всех рассмотренных; у их коллег из областных судов 92,3 % от всех рассмотренных материалов оказались ходатайствами о проведении оперативно-розыскных мероприятий. В результате судьи просто не успевают подробно вникать в эти вопросы и относятся к принятию решений формально. В связи с этим сложилась практика самоизоляции от оценки доказательств, поэтому судьи, пока им не дадут возможность участвовать в процессе доказывания, так и будут формально подходить к решению вопроса. Если судья вник в дело и знает все доказательства, у него развязаны руки, и он принимает решение.

В.И. Радченко заявил, что потребность института следственных судей достаточно высока. Основная проблема правосудия – это обеспечение равноправия сторон и состязательность на всех этапах судопроизводства. На предварительном следствии и дознании доминирует обвинительная сторона, следователь, дознаватель, прокурор, а что касается защиты, то она выполняет роль статиста, который, когда это положено, присутствует при выполнении определенных следственных действий и вправе заявлять ходатайство, которое следователь не обязан удовлетворить. Вот так формируется пакет доказательств. Этот пакет доказательств поступает в суд, судья получает дело и начинает его изучать. В результате формируется мнение, которое компонуется следствием. Поэтому число оправдательных приговоров у нас 0,3 %, и часть из них отменяется потом апелляционными инстанциями.

В.И. Радченко упомянул, что основным показателем работы судьи является стабильность приговора, потому что его внимание сосредоточено на более важных делах.

– Следовательно, жалобы от подсудимых и адвокатов для него – как досадная помеха, он их отклоняет. А когда дело приходит в суд для рассмотрения по первой инстанции, берет судья и смотрит дело: один раз отклонена жалоба, второй. Да при такой ситуации как выносить оправдательный приговор? – заявил докладчик.

Уполномоченный при Президенте России по правам предпринимателей Б.Ю. Титов поддержал Концепцию законопроекта о следственных судьях, поскольку сегодня имеет место огромное количество нарушений УПК РФ. Следственным судьям надо обязательно вменить в обязанность рассматривать вопросы, связанные с нарушением уголовно-процессуального кодекса. Вокруг каждого дела – целая система нарушений УПК РФ. Это дополнительный бюджет, создание нового института, это кардинальное изменение судебной системы в стране. Сегодня все больше тех, кто считает, что ситуацию надо менять, несмотря на серьезные затраты. При этом он отметил, что контроль следственных судей за предварительным следствием очень важен. В среднем тридцать человек оставалось без работы из-за того, что бизнесмен необоснованно привлекался к уголовной ответственности. Экономический эффект перекроет те затраты, которые пойдут на этот

институт.

Научный сотрудник института проблем правоприменения, эксперт Комитета гражданских инициатив М.С. Шклярук поделилась результатами опроса следователей МВД, в частности по вопросам, как они относятся к проблемам реформирования судопроизводства.

– Мы предложили им варианты создания единого следственного комитета: деформализацию расследования, изменение статуса следователя, когда все решения об обвинении принимает прокурор, а следователь становится таким старшим детективом, который работает с оперативниками, – рассказала она. – Последний вариант вызвал наименьшее неприятие, только 50 % следователей были целиком против него. В то время как, например, деформализация расследования вызывает у следователей резкое неприятие – 82 % против такого направления. Почти 80 % следователей воспринимают свою работу как грамотное оформление всех документов после того, как найдут подозреваемых. 20 % следователей говорит, что задача состоит в том, чтобы раскрыть преступление. Есть разные ценности, разные подходы к работе, в зависимости от того, что следователи считают более важным.

Что касается опроса адвокатов, то те из них, кто занимается уголовной специализацией, у кого больше 60 % дел занимают уголовные, оценивают свою нагрузку по ст. 51 УПК РФ примерно в 42 % дел. Это в среднем. Есть те, кто полностью работает по ст. 51 УПК РФ, а есть, кто работает и по соглашениям, но примерно половина их дел – по ст. 51 УПК РФ. Это значит, что адвокаты в своей оплате сильно зависят от следователя. Рассчитывать на то, что институт следственных судей сразу будет востребован стороной защиты, конечно, не приходится. Если он будет введен и заработает, то, возможно, в первую очередь по экономическим делам. Теоретически именно сторона защиты должна пытаться получить доказательства через следственного судью, поскольку вариантов для отказа у того меньше, и не факт, что следственный судья точно также не сможет отказывать в каких-то ходатайствах защиты на тех же основаниях. Со стороны следователя можно ожидать, что пока нет стороны защиты, нет и возможности воспользоваться этими полномочиями. Момент, когда лицо будет получать статус подозреваемого, будет максимально отодвинут от момента возбуждения уголовного дела. Функция судьи при передаче уголовного дела в суд сходна с функцией прокурора. Это будет еще одна инстанция, проверяющая за прокурором, надо ли дело передавать в суд. Концепция не предусматривает кардинального изменения предварительного следствия, соответственно, остаются и следователи, и прокуроры, и следственный судья, который частично дублирует их функции. Останется ситуация, когда расследование с неформальным решением о виновности будет сосредоточено на этапе «до появления стороны защиты». При этом сохраняются бумажные протоколы следственных действий и возможность вести аудиозаписи. Это приведет к тому, что изготовление будет очень долгое, потому что, по неформальному правилу, если есть аудио- или видеозапись, все написанное на камеру должно совпадать с протоколом. Много времени уйдет на расшифровку. Лучше обозначить все эти моменты на этапе обсуждения, чем потом столкнуться с ними на практике.

Партнер адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» В.А. Бурковская прокомментировала, что на сегодняшний момент следователи МВД и СК фактически безнадзорны. Поэтому, какую бы форму контроля ни предлагали, им она не понравится. В настоящий момент следователь до этапа утверждения обвинительного заключения делает все, что хочет, в рамках уголовного дела. Судебный контроль в настоящий момент очень условен, для процесса было бы лучше вернуть полномочия прокурору. Однако вернуть их нелогично, потому что полномочия эти давным-давно отобрали. Выдвигается такая конструкция, как следственные судьи.

– У нас нет реально работающего механизма, поэтому, наверное, нужно двигаться в сторону следственного судьи, – отметила она.

– Зачем ставить вопрос о том, что следственный судья должен назначить экспертизу, если ее не инициирует обвинение или сторона защиты, и этот же судья при обнаружении, что экспертиза не проведена, возвращает дело обвинителю, – задался вопросом член Совета по развитию гражданского общества и правам человека при Президенте РФ, адвокат И.Н. Пастухов. – Я не вижу смысла принятия концепции ради решения этой части проблемы. Что касается адвокатов, у которых 42 % дел по назначению, мы имеем опыт регионов, когда адвокатская палата создала систему автоматического распределения дел по назначению. Обращение следователя напрямую к адвокату рассматривается как дисциплинарный проступок, нарушение адвокатом своих обязательств перед региональной корпорацией. Это абсолютно логичная система.

Управляющий партнер Адвокатского бюро «Резник, Гагарин и Партнеры», адвокат Н.А. Гагарин отметил, что контроль суда за деятельностью органов предварительного расследования необходим. Судья – не субъект доказывания. Он должен оценивать только те доказательства, которые предоставляют ему стороны. Следственный судья должен вести дела от начала до момента передачи дела в другую процессуальную стадию. Судья должен понимать дело, следить за правилами игры, особенно по «экономике». Представлять перед следственным судьей дело должен прокурор, если он собирается идти в суд, поддерживать обвинение.

– Может быть, наконец, потратимся на дорогое правосудие, а не на дешевое! – отметил докладчик.

Подвел итог дискуссии А.Л. Кудрин.

– Общество будет готово заплатить за повышение качества судебной системы, – отметил он.

Материал подготовили:

И.Т. Кантюкова, А.В. Рагулин, А.В. Кулагин

 

 

 

НОВОСТИ

Наши партнеры

 

Лицензия Creative Commons
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная.