RUS ENG

Translator

AzerbaijaniBasqueBelarusianBulgarianCatalanChinese (S)Chinese (T)CroatianCzechDanishDutchEnglishEstonianFilipinoFinnishFrenchGalicianGeorgianGermanGreekHaitian CreoleHebrewHindiHungarianIcelandicIndonesianIrishItalianJapaneseKoreanLatvianLithuanianMacedonianMalayMalteseNorwegianPersianPolishPortugueseRomanianRussianSerbianSlovakSlovenianSpanishSwahiliSwedishThaiTurkishUkrainianUrduVietnameseWelshYiddish

Читайте в следующем номере

Индексирование журнала

Импакт-фактор российских научных журналов

Группа ВКонтакте

Группа в FB

International scientific and practical law journal Eurasian Journal of International Law

№ 4 (23) 2016г.
Сангаджиев Б.В.
Доступность правосудия и перспективы развития гражданского процессуального права на современном этапе

Цель судебной реформы - обеспечить каждо­му заинтересованному лицу реальную возмож­ность в случае возникновения спора или предъ­явления обвинения по уголовному делу защитить свои права, свободы или охраняемые законом ин­тересы в суде, т. е. реализовать свое право на су­дебную защиту, основанное на Конституции РФ и нормах международного права, которое включает в себя право на беспрепятственное, без каких-ли­бо ограничений, обращение в суд, на справедли­вое рассмотрение дела в разумный срок беспри­страстным, независимым и законным составом суда, а также на исполнение судебного решения, вступившего в законную силу [2].

Обращаясь к Концепции судебной реформы, принятой Постановлением Верховного Совета РСФСР от 24 октября 1991 г., следует отметить, что в этом году она отмечает свое 25-летие. Значимым событием в рамках проводимой реформы было признание суверенитета Российской Федерации, объявление ее демократическим правовым госу­дарством, которое основано на принципе разде­ления властей (п. 13 Декларации о государствен­ном суверенитете РСФСР от 2 июня 1990 г.).

В рамках Концепции была провозглашена необходимость существенных преобразований в сфере уголовного, уголовно-процессуального за­конодательного регулирования организации пра­воохранительной и судебной деятельности.

Федеральная целевая программа «Развитие судебной системы России на 2002-2006 гг.», ут­вержденная Постановлением Правительства Рос­сийской Федерации от 20 ноября 2001 г. № 805, явилась документом, который сориентировал ход дальнейшей реформы, но не на развитие судеб­ной системы, а лишь на обеспечение ее функци­онирования. Хотя это явилось незначительным шагом вперед, однако все же перемены были на­правлены на оптимизацию структуры судебной системы и ее звеньев.

Целью судебной реформы в узком смысле остается создание суда скорого и справедливого, а главное - доступного. Нельзя не согласиться с А.П. Гуськовой, полагающей, что важным в ре­формировании судебной деятельности остается вопрос об общественном контроле, поскольку судебная и правоохранительная система должна быть прозрачной, а их деятельность - доступной для контроля со стороны гражданского обще­ства [1]. Однако на современном этапе развития судебной системы институт народного заседате­ля, который перестал существовать с принятием нового Гражданско-процессуального кодекса Рос­сийской Федерации, фактически потерял свою актуальность и изжил себя. Сегодня народные заседатели не участвуют в рассмотрении и разре­шении дел.

Обеспечение открытости судебной власти, в том числе подотчетности и контроля со стороны общества, реализация антикоррупционной по­литики должны осуществляться путем принятия следующих мер:

-      формирование информационных ресурсов правовой базы и банков данных судебных реше­ний и судебной практики арбитражных судов и судов общей юрисдикции;

-      обеспечение открытого доступа к правовой базе и указанным банкам данных при условии со­блюдения необходимого баланса между потреб­ностью граждан, общества и государства в сво­бодном обмене информацией и необходимыми ограничениями на распространение информа­ции;

-      учет общественного мнения о работе судов на основе регулярного общественного монито­ринга ее качества.

В рамках задачи обеспечения открытости и прозрачности правосудия приоритетным на­правлением модернизации инфраструктуры су­дов является информатизационное обеспечение деятельности судебной системы, в том числе:

-      создание электронного архива, формиро­вание информационно-коммуникационной си­стемы Конституционного Суда Российской Фе­дерации и электронной специализированной общедоступной библиотеки Конституционного Суда Российской Федерации;

-      реализация проекта электронного обеспе­чения правосудия в системе арбитражных судов;

-      создание информационно-коммуникаци­онной системы Верховного Суда Российской Фе­дерации, интегрированной с информационной системой судов общей юрисдикции «Государ­ственная автоматизированная система Россий­ской Федерации «Правосудие»;

-      введение информационной системы судов общей юрисдикции «Государственная автома­тизированная система Российской Федерации

«Правосудие»;

- формирование необходимой телекоммуни­кационной инфраструктуры для обеспечения эф­фективного взаимодействия арбитражных судов, судов общей юрисдикции и системы Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации.

Обеспечение открытости правосудия потре­бует значительных финансовых затрат, в част­ности для создания систем по размещению не­обходимой информации (прежде всего текстов судебных решений) в сети Интернет, обеспечения свободного доступа в залы судебных заседаний.

Качественное осуществление правосудия не­возможно в условиях нехватки площадей для размещения судейского корпуса, аппарата суда, залов судебных заседаний. Требования к про­ектированию зданий судов должны быть также обусловлены стоящей перед судами задачей обе­спечения права на открытое судебное разбира­тельство. Залы судебных заседаний обязательно должны иметь соответствующие места для по­сетителей и представителей средств массовой информации. В большинстве случаев залы суда не способны вместить до десяти участников про­цесса. Лица, желающие посетить судебные слу­шания, не должны подвергаться каким-либо сложным процедурам допуска в такие залы. Воз­можность посещения суда не может ставиться в зависимость от процессуального статуса лица. Кроме того, в целях обеспечения прозрачности судебной системы и независимости судей при вынесении судебного акта предполагается закре­пление процедуры, препятствующей оказанию воздействия (давления) на судью в связи с рассма­триваемым им делом.

Как уже отмечалось выше, направления ре­формирования судебной системы в России опре­делялись Федеральной целевой программой «Развитие судебной системы России» на 2002­2006 годы [4] и Концепцией федеральной целевой программы «Развитие судебной системы России» на 2007-2011 годы [5].

Реализация основных целей, обозначенных в Концепции 2006 г., - повышение авторитета пра­восудия, его открытости и прозрачности - невоз­можна без правовой определенности, единооб­разия судебной практики. Достичь этого можно, только если структура судов общей юрисдикции будет сориентирована на решение данной задачи. Сегодня в самой структуре судебной власти отсут­ствуют механизмы, направленные на выработку единообразной судебной практики. Она пред­ставлена путем толкования, а вернее, детализаци­ей тех лаконичных правовых формул, которые из­ложены в законе. Анализ сложившейся ситуации свидетельствует, что ни один из существующих сегодня факторов не является определяющим. В результате нет субъекта, ответственного за то, что происходит с эволюцией судебной практики, а она происходит стихийно. Рассмотрим основ­ных участников этого процесса [3].

Потенциально наиболее сильным участни­ком, определяющим, в каком направлении пой­дет эволюция уголовного процесса, является Верховный Суд РФ. Факультативный метод управ­ления судебной практикой, прекрасно зареко­мендовавший себя в советский период, сегодня не срабатывает. Имеется в виду опубликование при­нятых решений в «Бюллетене Верховного Суда РФ». Отчасти это надо связывать с повышением темпа судебной деятельности и нарастанием ее сложности. Теперь уже не всегда по единично­му случаю можно найти «соломоново решение». Кроме того, падение авторитета судебной власти проявляется внутри системы, отношение к выше­стоящим судам уже далеко не напоминает то ува­жение, которое было в СССР. Формальное отсут­ствие обязанности руководствоваться решением вышестоящего суда усугубляет ситуацию [3].

Отдельно надо отметить стиль разъяснений Верховным Судом РФ сложных процессуальных вопросов, когда распространяются письма без выходных данных, т. е. официально не существу­ющие. Получается, что в этом случае Верховный Суд уходит от ответственности? Очевидно, что такой способ управления судебной практикой не согласуется с теми полномочиями, которые пре­доставлены высшей судебной инстанции, и дол­жен быть признан неприемлемым.

Следует констатировать, что как минимум в отношении уголовного судопроизводства, а как максимум по всем делам, подсудным судам об­щей юрисдикции (ведь рассмотренная пробле­ма не отраслевая, а исходит из несовершенства структуры судебной власти), процесс формирова­ния судебной практики не является контролируе­мым. Формирование судебной практики должно представлять ритмичную, ежедневно воспроиз­водящуюся деятельность. Без решения этого во­проса бессмысленно приступать к последующей реализации судебной реформы.

 

НОВОСТИ

Наши партнеры

 

Лицензия Creative Commons
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная.