НОВОСТИ
Актуальные проблемы применения судебной экспертизы в производстве по уголовным делам. Интервью с адвокатом, кандидатом юридических наук К.З. Трапаидзе: Интервью с доктором юридических наук, профессором Натальей Михайловной Чепурновой: Интервью с адвокатом, кандидатом юридических наук О.Ю. Буниным: Интервью с адвокатом коллегии адвокатов г. Москвы «Барщевский и Партнёры» Павлом Витальевичем Хлюстовым.: Интервью с адвокатом Станиславом Владимировичем Клюевым: Интервью с Председателем Белорусской республиканской коллегии адвокатов Виктором Ивановичем Чайчицем.: Интервью с Генеральным секретарем Международной комиссии юристов господином Вилдером Тейлером.: Дело чести: интервью с президентом Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, доктором юридических наук, профессором Юрием Сергеевичем Пилипенко: Интервью с советником Конституционного Суда Российской Федерации, доктором юридических наук, профессором Александром Витальевичем Смирновым: Интервью с учредителем Коллегии адвокатов «Адвокат», кандидатом юридических наук, доцентом Михаилом Яковлевичем Розенталем:









RUS ENG

Translator

AzerbaijaniBasqueBelarusianBulgarianCatalanChinese (S)Chinese (T)CroatianCzechDanishDutchEnglishEstonianFilipinoFinnishFrenchGalicianGeorgianGermanGreekHaitian CreoleHebrewHindiHungarianIcelandicIndonesianIrishItalianJapaneseKoreanLatvianLithuanianMacedonianMalayMalteseNorwegianPersianPolishPortugueseRomanianRussianSerbianSlovakSlovenianSpanishSwahiliSwedishThaiTurkishUkrainianUrduVietnameseWelshYiddish

Индексирование журнала

Импакт-фактор российских научных журналов

Читайте в следующем номере



Главное в работе адвоката – помощь людям! Интервью с заведующим кафедрой судебной власти, правоохранительной и правозащитной деятельности юридического факультета Российского университета дружбы народов, доктором юридических наук, профессором, Заслуженным юристом Российской Федерации, членом Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации Валерием Васильевичем Гребенниковым

Группа ВКонтакте

Юридические новости

Автомобилисты будут платить за штрафстоянку с первого дня
Адвокатская палата Санкт-Петербурга предлагает адвокатам еще два общих офиса для встреч с клиентами
Конфискация автомобиля как орудия совершения преступления
Состоялась VIII Ежегодная конференция «Разрешение коммерческих споров с участием сторон из стран СНГ»
Международная комиссия юристов (МКЮ) проинформировала Федеральную палату адвокатов о внесении изменений в свой доклад
В Новосибирске утвердили новые правила муниципальной аренды
Федеральная палата адвокатов РФ проинформировала Верховный Суд РФ о ситуации с невыплатой вознаграждения адвокатам АП Свердловской палаты, участвовавшим в делах по назначению в апелляционной инстанции областного суда.
На состоявшемся 28 сентября заседании Совет ФПА РФ утвердил Правила поведения адвокатов в сети «Интернет» и другие документы.
Узаконивания построек
Минюст России считает необходимым изменить действующий порядок заключения брака для лиц, достигших возраста 16 лет
Мосгорсуд проверит законность ареста полковника антикоррупционного главка МВД России Дмитрия Захарченко
21 сентября 2016 года в здании Верховного Суда РФ (ВС РФ) состоялось заседание рабочей группы по подготовке проекта постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о неисполнении обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего».
Стройматериалы в Домодедово
Эксперты обсудили плюсы и минусы новых редакций законов «Об акционерных обществах» и «Об обществах с ограниченной ответственностью»
Президент Владимир Путин своим указом назначил новым уполномоченным по правам ребенка Анну Кузнецову
International scientific and practical law journal Eurasian Journal of International Law

Персона

ОСОБЕННОСТИ БИЗНЕСА В РОССИИ - ВЗГЛЯД АДВОКАТА

Интервью с адвокатом Станиславом Владимировичем Клюевым

FEATURES OF BUSINESS IN RUSSIA - ADVOCATE’S LOOK

Interview with advocate Stanislav Vladimirovich Klyuev

Визитная карточка

Станислав Владимирович Клюев родился 21 июля 1977 года. В 1999 году с отличием окончил Ин­ститут права, социального управления и безопасности Удмуртского государственного университета в Ижевске. В 2006 году завершил обучение в Санкт-Петербургском юридическом институте Генераль­ной прокуратуры Российской Федерации. В 2006-2007 годах проходил обучение в Институте повыше­ния квалификации руководящих кадров Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации в Москве.

До прихода в адвокатуру с 1996 по 2011 год работал юристом в коммерческих организациях, про­ходил службу в органах прокуратуры Удмуртской Республики (работал следователем, заместителем прокурора района, заместителем начальника отдела прокуратуры республики, прокурором района). За годы службы в органах прокуратуры многократно поощрялся Генеральным прокурором Россий­ской Федерации, прокурором Удмуртской Республики.

С 2012 года по настоящее время - адвокат, член НО «Удмуртская коллегия адвокатов», Адвокатской Палаты Удмуртской Республики. С 2014 года - Управляющий партнер Юридического бюро «КЛЮЕВ ГРУПП». C 2015 года - председатель Комитета по защите прав предпринимателей Удмуртского реги­онального отделения Общероссийской общественной организации малого и среднего предпринима­тельства «ОПОРА РОССИИ». Советник юстиции.

Станислав Владимирович Клюев оказывает юридические услуги в различных сферах права и пред­ставляет интересы доверителей в судах общей юрисдикции и арбитражных судах на всей территории Российской Федерации. Специализируется на сопровождении и защите бизнеса, экономических спо­рах, уголовных процессах. В числе его доверителей - крупные компании и предприниматели, члены Правительства Удмуртской Республики, депутаты Государственного Совета Удмуртской Республики.

С.В. Клюев является автором ряда научных публикаций, научно-методических работ по правовым проблемам, в том числе научных статей, подготовленных в соавторстве с прокурором Удмуртской Республики С.В. Пановым.

- Здравствуйте, уважаемый Станислав Вла­димирович! Прошу вас рассказать о том, на­сколько сегодня распространена практика воздействия на бизнес-сообщество с помощью сотрудников государственных органов.

- Практика давления на бизнес со стороны правоохранительной системы сегодня продолжа­ет существовать и позволяет конкурентам в биз­несе с помощью «нечистых» на руку сотрудников правоохранительных органов затруднять и даже приостанавливать работу компаний и индивиду­альных предпринимателей. Она будет искорене­на только в случае уменьшения коррупционной составляющей в деятельности должностных лиц правоохранительных органов и повышения уров­ня правовой культуры общества в целом. К сожа­лению, в условиях кризиса в российской эконо­мике и неизжитых до конца болезней советской системы правосудия эти положительные измене­ния представляются отдаленной перспективой.

- Каким образом сотрудники правоохра­нительных органов могут сегодня негативно повлиять на работу субъектов предпринима­тельства?

- Отвечая на этот вопрос, можно выделить три основных формы деятельности правоохра­нительных органов, с точки зрения практики правоприменения и положений отечественного законодательства. Первая форма - оперативно­розыскные мероприятия в рамках Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельно­сти», вторая - доследственные проверки сообще­ний о преступлениях в порядке статей 144-145 УПК РФ, третья - досудебное расследование по уголовным делам.

Первая форма свойственна органам, осущест­вляющим оперативно-розыскную деятельность. Ее использование преследует не столько цель «выявления и пресечения преступлений» в сфе­ре экономики, сколько изучения чужого бизнеса изнутри, поиск любого компромата и «запугива­ния» предпринимателей для последующего по­лучения от них какой-нибудь материальной вы­годы. Чем же можно напугать предпринимателя?

Во-первых, можно на время просто пара­лизовать весь бизнес, применив один из видов оперативно-розыскных мероприятий - обследо­вание помещений, зданий и сооружений, участ­ков местности и транспортных средств. «Обсле­довав» таким образом офис и «обнаружив» в нем предметы и документы, «имеющие отношение к предмету проводимой проверки», сотрудники оперативных подразделений вправе изъять их на основании статьи 15 Закона «Об оперативно-ро­зыскной деятельности». В результате такого меро­приятия за несколько часов «проверяемая» орга­низация может оказаться без договоров, деловой переписки и всей бухгалтерии. Закон обязывает сотрудников полиции при этом в кратчайший срок предоставить проверяемому лицу копии изъятых документов, однако на практике зача­стую эта норма не исполняется. В силу изъятия документов и электронных носителей инфор­мации (включая серверы, ноутбуки, системные блоки, диски и флеш-карты) предприниматель лишается возможности вести нормальный учет финансово-хозяйственных операций, а зача­стую и выполнять свои договорные обязатель­ства. Как следствие, уже на этом этапе возника­ют репутационные риски и другие негативные последствия.

Во-вторых, если при этом была поставлена цель «устранить» конкретное лицо от руководства компанией, его могут спровоцировать на дачу взятки, реализовав еще одно оперативное меро­приятие - оперативный эксперимент. В результа­те попытка для возобновления нормальной жиз­недеятельности компании ускорить возвращение имущества, изъятого в ходе «обследования», по­влечет задержание за совершение преступления против власти, что только усугубит ситуацию.

В то же время оперативно-розыскные меро­приятия в указанных случаях имеют свою специ­фику: они проводятся, как правило, «в услови­ях, не терпящих отлагательства». Учитывая это, Конституционный Суд Российской Федерации в своем Определении от 21.04.2011 № 580-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граж­данина Панова Юрия Георгиевича на нарушение его конституционных прав статьей 6 Федераль­ного закона «Об оперативно-розыскной деятель­ности» не нашел в положениях Закона об ОРД, который не предусматривает участия адвоката в оперативно-розыскных мероприятиях, какого-ли­бо несоответствия Конституции страны. Поэтому для защиты своих прав на данном этапе каждому предпринимателю необходимо незамедлительно приглашать адвоката, как только стало известно о проведении ОРМ. Просто незаменимым явля­ется наличие соответствующего соглашения с ад­вокатом, а лучше - с адвокатским образованием. О подписании такого соглашения предпринима­телю (компании) позаботиться нужно заблаго­временно, не дожидаясь, когда к нему постучат.

- А в чем состоят особенности иных выде­ляемых Вами форм воздействия на бизнес?

- Вторая форма «воздействия» на бизнес предполагает наличие уже зарегистрированного в установленном порядке сообщения о престу­плении в виде заявления (которое может напи­сать и конкурент по бизнесу, и недобросовестный бизнес-партнер) либо рапорта должностного лица. На данном этапе предприниматель имеет возможность познакомиться с работой уже след­ственных органов.

Согласно статьям 182 и 183 УПК РФ до воз­буждения уголовного дела обыски и выемки не допускаются, необходимые следователю предме­ты и документы могут им только «истребовать- ся», что предполагает направление соответствую­щего запроса и время на его исполнение. Однако часть 2 статьи 176 УПК РФ позволяет следовате­лю до возбуждения уголовного дела произвести в офисе и других помещениях «осмотр места про­исшествия», который на практике выливается в самый настоящий обыск, с последующим изъяти­ем всего «необходимого» лицу, его производяще­му. В результате такого «проверочного» действия предприниматель (компания) может оказаться не только без документации и оргтехники как носителей информации, но и без транспортных средств в гараже и очередной партии товара на складе, что гарантирует ему убытки в виде упу­щенной выгоды и реального ущерба. Практика судебного обжалования такого поворота собы­тий, к сожалению, складывается не в пользу пред­ставителей бизнеса.

Срок проведения проверки по сообщению об экономическом преступлении, как правило, не ограничивается обычными 3 или 10 сутками, установленными статьей 144 УПК РФ. 30 суток не­удобств для предпринимателя практически не­избежны. Но и это еще не предел. Ведь принятое по результатам проверки сообщения о престу­плении решение об отказе в возбуждении уголов­ного дела можно отменить в связи с неполнотой проведенной проверки и продлить неприятную процедуру еще на 30 суток. А потом - еще на 30... И так - до бесконечности. Законодательно огра­ничений здесь не установлено.

На данном этапе предприниматель может столкнуться с предложениями «добровольно» признаться в совершении того или иного престу­пления в сфере экономики. «Торг» может касаться как объемов проводимой проверки, так и квали­фикации предполагаемого преступного деяния. Совершенно очевидно, что общение представите­ля правоохранительной системы с проверяемым лицом на данном этапе должно происходить только в присутствии адвоката. В этом случае шансы на отказ в возбуждении уголовного дела увеличиваются кратно.

Третья, самая болезненная форма «взаимо­действия» предпринимателя с правоохранитель­ными органами начинается с момента возбуж­дения следователем уголовного дела. На данном этапе шансы потерять деловую репутацию и даже весь бизнес наиболее высоки.

Злоупотребления начинаются с самого перво­го процессуального документа - постановления о возбуждении уголовного дела. В подавляющем большинстве случаев уголовных дел «с интере­сом» они возбуждаются не в отношении кон­кретного лица, хотя уже из текста постановления бывает очевидно, в отношении кого осуществля­ется уголовное преследование. Это позволяет следствию, в нарушение требований уголовно­процессуального закона, осуществлять скрытое уголовное преследование, безусловно влекущее нарушение права на защиту преследуемого, так как, не имея процессуального статуса подозрева­емого или обвиняемого, он лишен соответствую­щих процессуальных прав.

Кроме того, возбуждение уголовного дела «по факту» преступления, а не в отношении кон­кретного лица, открывает следствию фактически неограниченные возможности по давлению на родственников потенциальной «жертвы» такого уголовного дела, на его коллег, бизнес-партнеров, контрагентов путем бесконечных вызовов их на допросы, проведения обысков в их жилищах, на­правления в их компании различных запросов и так далее. Подобный психологический прессинг проходит под маской «проверки на причастность к совершению преступления иных лиц», «сбора характеризующего материала» либо другими благовидными предлогами. На деле же его целью может являться склонение бизнесмена к «сотруд­ничеству со следствием», самооговору, оговору коллег или партнеров.

- Теперь прошу Вас привести конкретные примеры из Вашей богатой адвокатской прак­тики.

- В 2014 году органом внутренних дел было возбуждено уголовное дело «по факту присвое­ния и растраты в особо крупном размере» в 2008- 2012 годах «неустановленными лицами из числа руководителей и учредителей» ООО «Управля­ющая компания «Иж...» денежных средств, при­надлежащих крупному поставщику энергоре­сурсов на рынке ЖКХ г. Ижевска - ООО «У.». Поводом для возбуждения уголовного дела послу­жило обращение ООО «У.» в полицию в связи с наличием перед ним задолженности Управляю­щей компании за поставленные энергоресурсы. При этом единственным руководителем и учре­дителем в Управляющей компании в указанный период являлся мой доверитель, что исключало возбуждение уголовного дела «по факту». Да и сам эпизод хищения фактически отсутствовал, ни разу не «оформляясь» следователем в объектив­ную сторону преступления. За время расследова­ния были допрошены не только близкие, но даль­ние родственники моего доверителя, его коллеги (как бывшие, так и нынешние), контрагенты и малознакомые ему лица. Сам доверитель допра­шивался по уголовному делу девять раз! Следова­тель умудрился наложить арест на имущество не только бывшей жены моего подзащитного, но и на имущество собственника квартиры, которую он снимал, и других посторонних лиц. Весь этот прессинг продолжался год! И только активная защитная позиция и стойкий характер предпри­нимателя, на фоне систематического обжалова­ния каждого незаконного действия и решения сотрудников полиции, не позволили состояться обвинительному приговору по уголовному делу. В конце концов, в ноябре 2015 года дело было пре­кращено.

В 2013 году ко мне обратились двоюродные братья-бизнесмены, офис которых в г. Ижевске был практически «зачищен» от всей документа­ции и оргтехники сотрудниками полиции с при­менением «маски-шоу». Формальным поводом для такого развития событий послужило рассле­дование по уголовному делу о хищении денеж­ных средств неустановленными лицами у органи­зации-банкрота. Один из коллег моих доверите­лей за год до этих событий участвовал в процеду­ре внешнего управления в данной организации. В результате офисы сразу нескольких организа­ций, арбитражных управляющих и даже одного адвоката (!), расположенные рядом, оказались одним большим «осмотренным местом проис­шествия». При этом данные действия правоох­ранителей были инициированы контрагентом моих доверителей, убедившим через свои связи в полиции сотрудников данного ведомства слег­ка расширить площадь «места происшествия». Необходимо отметить при этом, что одна из «зачищенных» таким образом организаций (при­надлежащая братьям) занималась разработкой софта, и изъятие оргтехники повлекло полную па­рализацию их бизнеса, нарушение обязательств по договорам с контрагентами в других странах. Ежедневная активная работа адвоката привела к необходимому результату: незаконно изъятые имущество и документация были возвращены в кратчайшие сроки, виновные сотрудники поли­ции привлечены к дисциплинарной ответствен­ности, следователь отстранен от расследования по уголовному делу. А братья сейчас работают в США и недавно прославились по всему Интерне­ту как разработчики программ для смартфонов и гаджета Head-Up Display.

Одним из действенных методов давления на жертву по-прежнему остается задержание и за­ключение под стражу. Несмотря на существую­щие ограничения по заключению под стражу в связи с подозрением (обвинением) в совершении экономического преступления, практика изоби­лует примерами задержания руководителей и учредителей компаний, индивидуальных пред­принимателей, в том числе по экономическим статьям. Обойти запрет позволяет умышленная квалификация «деяния» по статье другой (не эко­номической) главы уголовного закона либо «до­весочек» к экономической статье в виде другого, чудесным образом обнаружившегося, то есть «выявленного» преступления. Таким «довеском» может оказаться и «обнаруженный» в автомоби­ле либо в жилище патрон, а то и наркотик, «под­дельный» больничный лист или еще что-нибудь. Здесь, как говорится, свобода «творчества».

В 2012 году в связи с подозрением в соверше­нии мошенничества в особо крупном размере путем незаконного возмещения из бюджета на­лога на добавленную стоимость в размере свыше 20 млн рублей сотрудниками полиции прямо на рабочем месте в офисе строительной компании в г. Ижевске был задержан руководитель компании ООО «О...». В дальнейшем ему было предъявлено обвинение, на его имущество и имущество ком­пании наложен арест. Следователь даже обра­щалась в суд с ходатайством о заключении пред­принимателя под стражу, однако суд отказал. Психологическое давление на моего доверителя было столь велико, особенно в период задержа­ния, что он оказался в больнице, и ему потребо­валась операция на сердце. В защите от необосно­ванного обвинения использовались возможности преюдиции - судебные акты арбитражных судов, в которых была доказана законность возмеще­ния НДС. Через год арест с имущества был снят, уголовное дело прекращено. В настоящее время бизнесмен уже воспользовался своим правом на реабилитацию.

- Какие рекомендации вы считаете необ­ходимым дать бизнесменам, сталкивающимся с противоправным воздействием на них?

- Защитить себя и свой бизнес на стадии рас­следования уголовного дела бизнес-структура сможет, лишь доверившись опытным адвокатам, не понаслышке знакомым со спецификой рас­следования экономических преступлений, специ­ализирующимся на данной категории дел. Защи­та по таким делам строится, как правило, путем командной работы нескольких адвокатов, сопро­вождающих, в том числе, лиц, вызываемых на до­просы в качестве свидетелей.

Перспектив развития событий после про­ведения «расследования» по данной категории уголовных дел несколько. Это может быть пре­кращение уголовного дела по реабилитирующим основаниям - счастливое завершение, позволяю­щее добиться даже компенсации морального вре­да за незаконное преследование. Как вы понима­ете, это наиболее редко встречающийся случай. Дело может быть прекращено и по нереабилити­рующим основаниям (истечение сроков давности, амнистия, деятельное раскаяние, примирение с потерпевшим). Это вариант, нередко устраиваю­щий обе стороны (измотанного расследованием предпринимателя и измотанного защитой следо­вателя). Расследование по уголовному делу может быть приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве об­виняемого. С одной стороны - это победа защиты. С другой стороны - «бомба» замедленного дей­ствия, ведь теоретически расследование можно в любой момент возобновить, подняв дело из архи­ва. Здесь точку поставит лишь истечение сроков давности, когда уголовное дело будет уничтоже­но. Ну, и самый неутешительный для бизнесмена вариант - направление уголовного дела в суд, ведь уголовное правосудие в нашей стране - ой, какое специфическое! Про его обвинительный уклон не говорил разве что ленивый. Но эта тема требует отдельного разговора.

- Большое спасибо вам за беседу!

Беседовал доктор юридических наук, доцент, главный редактор журнала «Евразийская адвокатура»

А.В. Рагулин

НОВОСТИ

Читаем интересные актуальные статьи и новости. Вся подробная информация здесь на сайте http://www.eurasia-allnews.ru
 

Лицензия Creative Commons
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная.