RUS ENG

Translator

AzerbaijaniBasqueBelarusianBulgarianCatalanChinese (S)Chinese (T)CroatianCzechDanishDutchEnglishEstonianFilipinoFinnishFrenchGalicianGeorgianGermanGreekHaitian CreoleHebrewHindiHungarianIcelandicIndonesianIrishItalianJapaneseKoreanLatvianLithuanianMacedonianMalayMalteseNorwegianPersianPolishPortugueseRomanianRussianSerbianSlovakSlovenianSpanishSwahiliSwedishThaiTurkishUkrainianUrduVietnameseWelshYiddish

Читайте в следующем номере

Индексирование журнала

Импакт-фактор российских научных журналов

Группа ВКонтакте

Группа в FB

International scientific and practical law journal Eurasian Journal of International Law

Ерофеев К.Б.

«Магические услуги»: правовой анализ

В статье на основе междисциплинарного подхода приводится анализ рынка так называемых «магических услуг» и вносятся предложения, направленные на совершенствование правового регулирования этого явления.

Ключевые слова: «магические услуги», мошенничество, услуги.

Yerofeev K.B.

«Magic services»: legal analysis

The analysis of the market is provided in article on the basis of interdisciplinary approach so-called «magic services» and the offers directed on improvement of legal regulation of this phenomenon are made.

Keywords: «magic services», fraud, services.

Магией называются различные действия, цель которых – «повлиять воображаемым сверхъестественным путем на окружающий мир. Иначе говоря, магия (колдовство, чародейство, волхвование, ведовство, кудесничество и т. п.) – это мнимое, воображаемое умение или искусство насылать порчу на врагов, привораживать любимого человека и отвораживать нелюбимого, вызывать дождь, отгонять «нечистую силу» и т. д., и т. п.»[1].

Следует отметить, что в настоящее время параллельно существуют различные точки зрения на связь магии и науки, магии и религии. Так, с точки зрения православия, существует принципиальная разница между религией и магией: «…подлинная религиозность чужда магизму, ставящему на место молитвы, веры и жертвенной любви волхвование, заклятие, принуждение. В этом проявляется его глубинная связь с грехопадением, с притязаниями человека утвердить свою волю выше воли Божественной»[2]. С точки зрения православия, а также иных традиционных религий, центром религии является Бог, вера в которого и совершение определенных дел ведут к спасению. При этом священнослужитель, в том числе совершающий таинства, не «принуждает» Бога к определенным действиям.

Центром магии является лицо – маг (колдун, шаман, астролог, целитель и др.), заявляющий о том, что он обладает сверхъестественными способностями, позволяющими ему в своих интересах и интересах клиента (потребителя магических услуг) подчинять себе сверхъестественные силы. Магия однозначно осуждается как ветхозаветной (Исх 22,18; Лев 20,27 и др.), так и новозаветной традициями (Деян 8,9-24; Откр 9,21; 22,15). Несмотря на указанные принципиальные отличия религии и магии, существует опасность восприятия религиозных обрядов и таинств как магических действий.

К аналогичным выводам приходят исследователи, стоящие на атеистических либо агностических позициях. В этом случае суеверие (как «ложная вера»), связываемое с магией, не отделяется от веры истинной. Суеверие «является в такой же степени ложной верой, как и всякая иная религиозная вера, ибо как у веры, так и у суеверия общее происхождение и одно ложное содержание. …во всех без исключения мировых религиях обрядовые действа и богослужебные церемонии носят магический характер. Поэтому нет никаких оснований отделять магию от «истинной» веры и связывать магию только с суеверием»[3]. Данная точка зрения, вопреки распространенному убеждению, встречается не только в научно-атеистической литературе советского периода, но и в современной религиоведческой литературе.

Не менее сложным остается вопрос взаимоотношения науки и религии, науки и магии. Русская Православная Церковь с уважением относится к науке: «Научное и религиозное познание имеют совершенно различный характер. У них разные исходные посылки, разные цели, задачи, методы. Эти сферы могут соприкасаться, пересекаться, но не противоборствовать одна с другой. Ибо, с одной стороны, в естествознании нет теорий атеистических и религиозных, но есть теории более или менее истинные. С другой – религия не занимается вопросами устройства материи»[4]. В то же время Церковь опасается, что «научно-техническое развитие оказывается во власти человеческих страстей, прежде всего тщеславия, гордости, жажды наибольшего комфорта, что разрушает духовную гармонию жизни, со всеми вытекающими отсюда негативными явлениями. Поэтому ныне для

обеспечения нормальной человеческой жизни как никогда необходимо возвращение к утраченной связи научного знания с религиозными духовными и нравственными ценностями»[5]. Магия и базирующиеся на ее основе так называемые «лженауки» (астрология, различные формы гадания (мантика), теургия и др.) как раз и уводят человека от традиционных духовных и нравственных ценностей.

Однако данный взгляд на взаимоотношения религии и науки не находит подтверждения у значительных слоев научного сообщества как в нашей стране, так и за рубежом. К ним относятся как атеистически и антиклерикально настроенные ученые, так и позитивисты, прочно стоящие на материалистических позициях. Указанные исследователи считают, что наука является последовательным антагонистом любой формы веры (в том числе и магии), цель светской науки – изгнание религиозной веры с ее позиций. Однако даже классики научного атеизма вынуждены признать, что «богословие, будучи по своему содержанию лженаукой, вынуждено все же пользоваться методами логического мышления… В средневековом христианском богословии это особенно сказывалось, поскольку оно ориентировалось на философию»[6].

Ситуация усугубляется тем, что некоторые так называемые нетрадиционные религиозные организации (саентология, Нью Эйдж, Христианская наука и др.) активно используют околонаучную терминологию для религиозной пропаганды. Ряд протестантских религиозных организаций американского происхождения выдают вульгарно понятые примитивные теории «сотворения мира» (так называемые «креационистские») за подлинное научное знание. Внешне схожи с наукой многие лженаучные учения (астрология и др.). Все это самым существенным образом усложняет критику магии с научных позиций, а также затрудняет положительный контакт богословия традиционных религий (прежде всего, христианства и иудаизма) с наукой.

Также следует обозначить и проблему так называемой «псевдонауки», т. е. деятельности, лишь имитирующей научную деятельность. Псевдонаука игнорирует или искажает факты, отказывается использовать подтверждённые независимыми экспериментами данные, делает невозможной независимую проверку или повторение результатов исследований, использует в научной работе псевдорелигиозные установки. В псевдонауке мы легко узнаем оккультные «науки». При этом зачастую представители так называемой «официальной

науки» действуют с позиций вульгарного позитивизма и, как мы уже говорили, отказывают в истинности всем нематериалистическим учениям.

Широкое распространение магии и оккультизма в нашем обществе является одной из серьезных проблем. Массовыми тиражами издаются оккультные газеты и журналы, «специализированные» магазины торгуют колдовскими предметами и литературой, респектабельные бизнес-журналы публикуют астропрогнозы биржевых котировок и гороскопы, призванные помочь топ-менеджерам «адаптироваться» в своих компаниях. В прайм-тайм ведущие телеканалы транслируют измышления «народных целителей» и «ворожей». В эфир триумфально возвращаются телеколдуны из печально знаменитых передач конца 1980-х. На потребу легковерной толпе экстрасенсы даже вступают в «битвы» и состязания.

Впрочем, население само с радостью бросается в объятия колдунов и экстрасенсов. По данным «Российской газеты», от 11 до 13 % населения России настолько верят в колдовство и магию, что готовы регулярно обращаться за помощью к оккультистам[7]. В США и Канаде этот показатель колеблется от 1 до 3 %. Почти 2/3 россиян в принципе готовы обратиться за помощью к колдунам «в случае тяжелых жизненных обстоятельств»[8].

Число профессиональных магов растет в геометрической прогрессии. По данным И. Трифонова, в оккультный рынок столицы вовлечены около 100 тысяч человек – сами маги и колдуны, их ассистенты и помощники, актеры и сотрудники служб безопасности, изготавливающие реквизит мастера и агенты, подыскивающие потенциальные жертвы. В России таких «специалистов» не менее 300 тысяч (официально зарегистрированных народных целителей с лицензией – около 2 тысяч). Доходы провинциальных колдунов доходят до четырехсот тысяч рублей в месяц, в Москве – до миллиона. Рынок оккультных услуг по разным данным оценивается только в Москве в 8–10 миллионов долларов в месяц, в России – до 40 миллионов (возможно, значительно больше). По разным оценкам, ежегодный доход магов и оккультистов в стране колеблется от 1 до 5 миллиардов долларов.

Оккультисты, в отличие от профессиональных психологов и медиков, всегда гарантируют результат, при этом не несут ни юридической, ни моральной ответственности за свои «консультации». А обманутые люди и сами подчас списывают «неудачи» оккультистов на свою «неблагополучную карму», порчу и сглаз.

В нашей стране, несмотря на очевидность проблемы, отсутствует какая-либо административная ответственность за оказание магических услуг. До недавнего времени единственным исключением являлся Закон Краснодарского края от 6 апреля 1999 г. № 169-КЗ [9]: в нем предусмотрена административная ответственность за нарушение общественного порядка, «выразившееся в приставании к гражданам с целью гадания, попрошайничества». Периодически в СМИ отмечаются безуспешные попытки законодательных органов субъектов федерации ввести административную ответственность за оказание магических услуг.

Статья 158 КоАП РСФСР[10] предусматривала ответственность за мелкое хулиганство, т. е. нецензурную брань в общественных местах, оскорбительное приставание к гражданам (в том числе и с целями гадания) и другие подобные действия, нарушающие общественный порядок и спокойствие граждан. Действующий КоАП РФ[11] не предусматривает подобной ответственности. Исключение магических услуг (даже в таком ограниченном контексте, как неподдающееся точному толкованию «приставание к гражданам») из числа административных правонарушений отражает тенденции либерализации действующего законодательства (конституционные принципы идеологического многообразия, свободы совести и вероисповедания). Между тем правоведы признают проблему наличия обмана граждан в процессе уличного гадания. Так, профессор Н.А. Лопашенко[12] отмечает, что «конкретных проявлений обмана на практике существует великое множество. Их можно классифицировать, например, следующим образом: …так называемый «цыганский обман», или обман с использованием гадания; …обман в лечении или целительстве». Представляется, что исключение указанных положений из КоАП РФ преждевременно.

Вопрос признания формой мошенничества магических услуг, оказываемых доверчивым гражданам, дискуссионен. Проблема состоит в том, что на практике очень сложно определить стандарт качества магических услуг. Как отмечают А.Н. Жалинский и А.Э. Козловская, «невозможность определения качества оккультной услуги (т. е. действия приворота) связана не только с «непрофессионализмом» исполнителя, но и с личностью заказчика, а также с объектом воздействия. К тому же при оказании приворотной услуги есть большая вероятность наступления положительного результата не вследствие каких-либо магических воздействий, а по счастливой случайности. Человек после посещения магов обретает больше уверенности, что у него все получится, и это играет положительную роль (в медицине это называют «эффектом плацебо»)[13].

Согласно ст. 159 УК РФ мошенничеством признается хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием. А.Н. Жалинский и А.Э. Козловская[14] отмечают, что «специфика мошенничества состоит в способе его совершения. При мошенничестве действия преступника носят информационный характер либо строятся на особых доверительных отношениях, сложившихся между виновной и потерпевшей сторонами. В качестве способа завладения имуществом закон называет обман или злоупотребление доверием». Однако ученые отмечают, что жертва передает имущество добровольно (например, золотое украшение уличной гадалке или гонорар астрологу в магическом салоне); «…овладевая сознанием и волей потерпевшего или злоупотребляя его доверием, мошенник достигает цели – получает имущество потерпевшего. Обман или злоупотребление доверием выступают здесь в качестве внешних форм самого преступного поведения». Такого рода действия А.Н. Жалинский и А.Э. Козловская считают преступлением, признавая, однако, сложность раскрытия подобного мошенничества. Еще сложнее обстоит ситуация, когда жертва обращается к магам добровольно (сама «обманываться рада»), а не уступает эмоциональному напору прилипчивой гадалки. Представляется, что в такой ситуации перспектива привлечения мага к ответственности по ст. 159 УК РФ практически невероятна. Жертве, осознавшей невпечатляющий результат работы мага, остается надежда защитить себя в рамках гражданского процесса.

Впрочем, путь признания деятельности иных магов мошенничеством не так уж бесперспективен. В сентябре 2011 года за деятельность, связанную с «целительством», Н. Антоненко была осуждена по двум статьям уголовного кодекса – мошенничество и покушение на мошенничество[15]. До сих пор памятно дело целителя Г. Грабового, осужденного на 8 лет колонии за мошенничество[16].

Отечественному законодателю следует более активно использовать зарубежный опыт. И.В. Ильин обращает внимание на то, что согласно ст. 148 Уголовного кодекса Швейцарии к мошенничеству также относится «эксплуатация легковерия (имеет место, когда кто-то в виде промысла эксплуатирует легковерие путем предсказывания, толкования снов, гадания на картах, заклинания духов или подговора к поискам кладов или публично предлагает свои услуги для эксплуатации этих волшебств)»[17]. Более перспективной видится возможность привлечения магов и оккультистов к ответственности по ст. 171 УК РФ. Когда мы видим объявления об «исцелении», «омоложении», «оздоровлении» и т. п., прежде всего, напрашивается мысль об оказании магами и оккультистами платных медицинских услуг. Однако до сих пор Минздравсоцразвития не относит магические услуги к частной медицинской практике и не требует их обязательного лицензирования. СМИ многократно освещают ситуации, когда физическому и психическому здоровью граждан действиями магов, экстрасенсов и т. д. наносится серьезный вред (лечение серьезных заболеваний «заряженной водой», «травками» и разного рода иными шарлатанскими снадобьями).

Пока что граждане, занимающиеся оказанием магических услуг, легко обходят закон. Они регистрируются в форме индивидуальных предпринимателей либо обществ с ограниченной ответственностью. Перечень их услуг составлен таким образом, чтобы исключить необходимость лицензирования. Специфика же фактически оказываемых услуг по не совсем понятным причинам не интересует контролирующие органы. В то же время исполнитель, оказывая заказчику услуги, не отвечает за ожидаемый результат. Исполнитель оказывает заказчику услуги не на свой риск. Согласно п. 3 ст. 781 ГК РФ в случае, когда невозможность исполнения возникла по обстоятельствам, за которые ни одна сторона не отвечает, заказчик возмещает услугодателю фактически понесенные им расходы, если иное не предусмотрено законом или договором. По общему правилу заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (п. 1 ст. 781 ГК РФ). В случае невозможности исполнения, возникшей по вине заказчика, услуги подлежат оплате в полном объеме, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 2 ст. 781 ГК РФ).

Представляется перспективным обязать лица, оказывающие оккультные услуги населению, заключать с потребителями письменный договор с указанием ответственности в случае недостижения положительного результата. Правда, и на этом пути клиент мага столкнется с определенными сложностями. Дело в том, что, как отмечает исследовавший данный вопрос специалист компании АКГ «Развитие бизнес-систем» Т. Майорова, «оккультные услуги потребляются в процессе их оказания, поэтому у них нет так называемого овеществленного результата… результат волшебства заключается в некоем эффекте, который либо проявляется в исключительных обстоятельствах, либо его невозможно наблюдать, либо его может почувствовать только потребитель услуги, в связи с чем объективно это все недоказуемо»[18]. Подобного мнения придерживается Л. В.Санникова[19]: «Вызывает сомнение целесообразность распространения гражданско-правового регулирования на отношения по оказанию услуг гадалками, магами, астрологами и т. п. Оказываемые ими услуги по снятию порчи, венца безбрачия, приворота, общению с умершими, составлению гороскопов и т. д. именуются оккультными (или эзотерическими)… На первый взгляд, отношения по оказанию оккультных услуг отвечают требованиям ст. 2 ГК РФ. Они носят имущественный характер и основаны на равенстве сторон. Но возможность их правовой регламентации сомнительна в силу самой сущности такого рода услуг, так как на сегодняшний день невозможно установить объективную связь между совершаемыми при их оказании действиями и обещаемым результатом».

Мнения правоведов относительно мер, которые могли бы ввести практически ничем не регулируемый рынок оккультных услуг в правовое русло, разнятся самым существенным образом. Одни исследователи, в частности А. Куприянов, предлагают принять «кое-какие практические меры»: «… запретить колдовство как деятельность, его рекламу, популяризацию в средствах массовой информации… Для ограничения деятельности колдунов на первом этапе полезно было бы пошире применять статью о незаконном предпринимательстве (ст. 171 УК РФ) и близкие «экономические» статьи. Борьба с колдовством – это защита не только прав пострадавших граждан, но безопасности государства, она никоим образом не нарушает конституционного положения о свободе совести. Казалось бы, поклоняться человек волен кому угодно... Вот только само поклонение «темным силам», к несчастью, неизбежно выливается в рядовые уголовные преступления[20]. Очень интересная статья адвоката А. Куприянова, который одним из первых в отечественном праве попытался установить взаимосвязь правовых и теологических норм, теряет свою ценность в связи с некоторой конфессиональной пристрастностью автора.

Весьма показательна и крайне интересна дискуссия православного адвоката А. Куприянова с прокурором-скептиком Н. Китаевым[21]. Н. Китаев реально оценивает возможность причинения вреда колдунами и экстрасенсами гражданам, но объясняет положительный результат магических влияний либо профессиональным владением «магом» гипнозом, либо чрезмерной впечатлительностью жертвы и отмечает, что, «отвергая наличие «темных сил» в окружающем нас мире, нельзя не признать, что экстрасенсы-колдуны в самом деле способны причинить серьезный вред здоровью людей – применением специальных приемов воздействия на психику». Остается присоединиться к Н. Китаеву, также рассматривая борьбу с так называемыми «оккультистами» с научно обоснованных криминологических позиций. Т. Майорова не видит перспектив в лицензировании деятельности по оказанию магических услуг: «Перспективы введения лицензирования оккультных услуг повлекут за собой дополнительную проблему. Появится дополнительный институт, то есть необходимо будет создавать отдельный надзорный орган либо выделять в уже имеющемся ведомстве подразделение, принимать закон, подзаконные акты, положения, которые регулировали бы деятельность магов и классифицировали их.

Отметим, что исследователи выступают за легализацию оккультных услуг с одновременным введением обязательного лицензирования их деятельности и контролем со стороны государственных органов: «Очевидно, что определение качества оказываемых оккультных услуг, а также магических способностей самого колдуна представляется малоосуществимым. Однако государство может оградить граждан от возможного причинения вреда путем привлечения к работе в данной сфере лишь профессиональных психологов и психотерапевтов, а также обязательной медико-психологической экспертизы состояния самого «мага». В целом с данной позицией следует согласиться. Проблема слишком серьезна, чтобы ее оставить без государственного вмешательства. Деятельность магов должна носить разрешительный характер, методы и качество оказываемых ими услуг должны оцениваться лицензирующими органами с четких научных позиций с привлечением специалистов в области медицины, психологии, права, культурологии.

Следует детально регламентировать положения договоров об оказании услуг, сделав их если не типовыми, то с необходимостью указания в них обязательных условий (результат, методы работы, сроки и цена). Представляется разумным предусмотреть форму договора мага с клиентом, где оплата предусмотрена только при достижении положительного результата в интересах клиента (ст. 781 ГК РФ, ст. 37 Закона РФ «О защите прав потребителей»). Также следует рассмотреть вопрос о повышенном налогообложении подобного рода деятельности как сомнительной с точки зрения общественной пользы (возможно, приравняв к налогообложению производства и продажи алкоголя и табака, организации азартных игр); приравнять деятельность магов и оккультистов к деятельности религиозных объединений, поставив такую деятельность под контроль Минюста.

Пристатейный библиографический список

1. Жалинский А.Э., Козловская А.Э. О возможности правового регулирования деятельности по оказанию оккультных услуг // Журнал российского права. – 2006. – № 11.

2. Зыбковец В.Ф. О черной и белой магии. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Политиздат, 1965.

3. Ильин И.В. Понятие мошенничества в зарубежном уголовном законодательстве // Адвокат. – 2008. – № 6.

4. Козлова Н. Живая вода от смерти. Суд отправил лжецелительницу в колонию // Российская газета. – 2011. – № 5592 (216).

5. Китаев Н. Магия и право: мифы и действительность // Российская юстиция. – 2001. – № 12.

6. Крывелев И.А. История религий: Очерки: В 2 т. – Т. 1. – 2-е изд., дораб. – М.: Мысль, 1988.

7. Куприянов А. «Темные силы» как субъект преступления // Российская юстиция. – 2001. – № 8.

8. Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономики: авторский комментарий к уголовному закону. – М.: Волтерс Клувер, 2007.

9. Санникова Л.В. Услуги в гражданском праве России. – М.: Волтерс Клувер, 2006.

10. Соковнин А. С целителем Грабовым чуда не произошло // Коммерсантъ. – 2008. – № 188 (4005).

11. Трифонов И. Плесните колдовства. Власти решили бороться с захлестнувшими страну оккультными услугами // Российская газета. – 2005. – № 3733.

[1] Зыбковец В.Ф. О черной и белой магии. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Политиздат, 1965. – С. 5.

[2] Статья «Бог» в Православной энциклопедии [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL: http://www.pravenc.ru/text/149441.html.

[3] Зыбковец В.Ф. Указ. соч. – С. 5.

[4] Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. П. XIV.1.

[5] Там же.

[6] Крывелев И.А. История религий: Очерки: В 2 т. – Т. 1. – 2-е изд., дораб. – М.: Мысль, 1988. – С. 112.

[7] Трифонов И. Плесните колдовства. Власти решили бороться с захлестнувшими страну оккультными услугами // Рос. газета. – 2005. – № 3733.

[8] На данное словосочетание следует обратить внимание, так как в соответствии со ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная при «стечении тяжелых обстоятельств», может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

[9]Информационный бюллетень ЗС Краснодарского края. – 1999. – № 2.

[10] КоАП РСФСР в ред. от 20 июня 1984 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР. – 1984. – № 27 (5 июля). – Ст. 909. В настоящее время КоАП РСФСР утратил силу.

[11] Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях // Рос. газета. – 2001. – № 256 (31 декабря).

[12] Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономики: авторский комментарий к уголовному закону. – М.: Волтерс Клувер, 2007.

[13] Жалинский А.Э., Козловская А.Э. Ответственность за гадание и колдовство [Электронный ресурс]. – Режим доступа: URL: http://www.juristpro.ru/57-otvetstvennost-za-gadanie-i-koldovstvo.html.

[14] Жалинский А.Э., Козловская А.Э. О возможности правового регулирования деятельности по оказанию оккультных услуг // Журнал рос. права. – 2006. – № 11.

[15] Козлова Н. Живая вода от смерти. Суд отправил лжецелительницу в колонию // Рос. газета. – 2011. – № 5592 (216).

[16] Соковнин А. С целителем Грабовым чуда не произошло // Коммерсантъ. – 2008. – № 188 (4005).

[17] Ильин И.В. Понятие мошенничества в зарубежном уголовном законодательстве // Адвокат. – 2008. – № 6.

[18]http://www.rbsys.ru/print.php?page=1616&option=media.

[19] Санникова Л.В. Услуги в гражданском праве России. – М.: Волтерс Клувер, 2006.

[20] Куприянов А. «Темные силы» как субъект преступления // Рос. юстиция. – 2001. – № 8. – С. 73.

[21] Китаев Н. Магия и право: мифы и действительность // Рос. юстиция. – 2001. – № 12. – С. 58.

Для осуществления таможенного оформления вы можете обратить к помощи специализированных таможенных брокеров. Услуги таможенного брокера, вся подробная информация на сайте http://www.brokert.ru

НОВОСТИ

Наши партнеры

 

Лицензия Creative Commons
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная.