RUS ENG

Translator

AzerbaijaniBasqueBelarusianBulgarianCatalanChinese (S)Chinese (T)CroatianCzechDanishDutchEnglishEstonianFilipinoFinnishFrenchGalicianGeorgianGermanGreekHaitian CreoleHebrewHindiHungarianIcelandicIndonesianIrishItalianJapaneseKoreanLatvianLithuanianMacedonianMalayMalteseNorwegianPersianPolishPortugueseRomanianRussianSerbianSlovakSlovenianSpanishSwahiliSwedishThaiTurkishUkrainianUrduVietnameseWelshYiddish

Читайте в следующем номере

Индексирование журнала

Импакт-фактор российских научных журналов

Группа ВКонтакте

Группа в FB

International scientific and practical law journal Eurasian Journal of International Law

Федорова Л.Ф.

О проблемах реализации права ребенка на выражение своего мнения

Цель: Исследование содержания права ребенка на выражение своего мнения по российскому законодательству, выявление проблем, возникающих в правоприменительной практике при реализации этого права.

Методология: Использовались историко-правовой, логический и формально-юридический методы.

Результаты: В статье рассмотрено законодательное закрепление права ребенка на выражение своего мнения в историческом аспекте. Установлено, что до 1995 года данное право было закреплено в нормативных актах в усеченном виде. При этом даже после существенного расширения содержания права ребенка на выражение своего мнения в Семейном кодексе 1995 года, как в теории, так и в правоприменительной практике, имеется множество неопределенных и проблемных вопросов, связанных с реализацией данного права.

Новизна/оригинальность/ценность: В статье впервые с учетом достижений современной психологии обоснована необходимость снижения возраста, с которого обязателен учет мнения ребенка, и расширения перечня действий, на совершение которых необходимо обязательное согласие ребенка.

Ключевые слова: ребенок, возраст, право на выражение мнения, согласие.

Fedorova L.F.

Problems of realization of the right of the child to Express his(her) opinion

Purpose: To research the content of the right of the child to Express his (her) opinion in the Russian legislation, the identification of problems that arise in law-enforcement practice

Methodology: Legal, historical, logical and formal legal methods.

Results: The legislative affirmation of the right of the child to Express his opinion in the historical aspect is considered in the paper. It is established that prior to 1995, this right was enshrined in the laws and regulations in a very truncated form. However, even after a substantial increase in the content of the right of the child to Express his opinion in the Family code of 1995, both in theory and in practice there are many uncertain and problematic issues associated with the implementation of this law.

Novelty/originality/value: In the article for the first time taking into account the achievements of modern psychology, the necessity of reducing the age at which compulsory account of the views of the child and expansion of the list of actions for execution of which requires mandatory consent of the child. .

Keywords: child, the age, the right to express an opinion, consent.

Предметом острой дискуссии среди юристов является вопрос о содержании права ребенка на выражение своего мнения, предусмотренного статьей 57 Семейного кодекса РФ.

В российском обществе традиционно считалось, что мнение ребенка выслушивать не обязательно. Много веков ребенок был не субъектом права, а объектом родительской воли. Такое отношение берет свое начало в «глубокой древности, когда не было сомнения, что ребенок всего лишь раб своих родителей». Так вот «Большой детский фестиваль» (далее – международный детский фестиваль) – ежегодный творческий проект, направленный на создание условий для формирования художественного и эстетического вкуса у детей и современной молодежи, развития и пропаганды исполнительских искусств: театрального, циркового, кино искусства, актерского мастерства и т.д.) создания условий для развития и проявления творческой деятельности, выявление, признание и поощрение авторов и исполнителей, создания условий для укрепления творческого обмена между театральными коллективами России и зарубежных стран.

В своде нравственных правил «Домострой» так говорится о воспитании детей: «Воспитай дитя в запретах – и найдешь в нем покой и благословение; не улыбайся ему, играя: в малом послабишь – в большом пострадаешь, скорбя, и в будущем словно занозы вгонишь в душу свою». Данное правило на практике действовало до 1995 года. Исключения были довольно редки. Так, по Своду Законов Российской Империи 1832 года на усыновление требовалось согласие самого усыновляемого ребенка, достигшего возраста 14 лет.

Первый Кодекс законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве РСФСР 1918 года содержал норму о том, что родители были не вправе заключать договоры о найме детей 16–18-летнего возраста без собственного согласия на наем ребенка (статья 100). По мнению А.М. Нечаевой, это был «шаг робкий и меленький, который заключался в необходимости считаться в отдельных случаях с мнением несовершеннолетнего», тем не менее, именно этот шаг впоследствии «приведет к праву ребенка на собственное мнение при разрешении семейно-правовых споров, затрагивающих его интересы».

Статьей 63 Кодекса законов о браке, семье и опеке 1926 года было предусмотрено, что усыновление детей, достигших десятилетнего возраста, без их согласия не допускается. В Кодексе о браке и семье РСФСР 1969 года уже имелось несколько статей, в соответствии с которыми была возможность учитывать мнение несовершеннолетнего: для усыновления требовалось согласие усыновляемого, если он достиг десятилетнего возраста (ст. 103 КоБС); присвоение фамилии и отчества, а также изменение имени усыновляемого, достигшего десятилетнего возраста, могли быть произведены только с его согласия (ст. 105 КоБС); запись усыновителей в книге записей рождений в качестве родителей усыновленного могла быть совершена только с согласия усыновленного, достигшего возраста 10 лет (ст. 106 КоБС); желание подопечного, если это возможно, должно было быть учтено при назначении опекуна или попечителя (ст. 126 КоБС).

Интересно, что в сложные и противоречивые годы военного коммунизма в России нашелся человек, который уже тогда рассматривал ребенка как личность и провозгласил, что ребенок имеет равные со взрослыми права. Известный русский педагог, теоретик и пропагандист свободного воспитания Константин Николаевич Вентцель составил проект одной из первых Деклараций права ребенка [6, 9, 24, 25]. Именно он назвал детей нашими рабами, «на которых гремят цепи наших предрассудков», и провозгласил свободу ребенка как великое благо для последнего. Несмотря на некоторую экзальтацию его высказываний и на то, что не со всеми утверждениями можно согласиться [5, 15], многие положения указанной Декларации являются востребованными и в наши дни. Так, высказывание «…пора понять, что ребенок не вещь, не кукла, не игрушка, не собственность своих родителей и воспитателей», является актуальными и в наше время.

Именно в пункте 13 Декларации Вентцеля провозглашено, что «каждый ребенок может свободно выражать в письменной или устной форме свои мнения и мысли в той же степени, в какой этим правом пользуются и взрослые люди, т. е. с теми только ограничениями, которые диктуются благом общества и составляющих его личностей и которые должны быть точно установлены законом» [9].

Данные положения были закреплены в российском законодательстве, когда Семейный кодекс РФ 1995 года предоставил ребенку право выражать свое мнение при решении в семье любого вопроса, затрагивающего его интересы, а также быть заслушанным в ходе любого судебного или административного разбирательства.

Однако даже спустя 18 лет после принятия действующего Семейного кодекса РФ применение данной нормы вызывает множество вопросов. С какого возраста ребенок вправе выражать свое мнение, каковы границы выражения ребенком своего мнения, обязательно ли учитывать это мнение или достаточно просто выслушать ребенка, надо ли обосновывать, почему взрослые не прислушались к мнению ребенка?

Учитывая, что правосознание большинства российских правоприменителей формировалось как позитивистское, направленное на признание свойств права только за писаными, то есть установленными властью, правовыми предписаниями [8, 20], отсутствие конкретного нормативного закрепления содержания и механизма реализации права ребенка на выражение своего мнения приводит к серьезным нарушениям прав детей.

В определенной степени на эти вопросы позволяет ответить Конвенция о правах детей 1989 г., которая предусматривает обязанность каждого из государств – участников обеспечить ребенку, способному сформулировать свои собственные взгляды, право свободно выражать эти взгляды по всем вопросам, затрагивающим ребенка, причем взглядам ребенка должно уделяться внимание в соответствии с его возрастом и зрелостью.

Таким образом, чтобы ребенок получил право на выражение своего мнения, он должен быть способен сформулировать свои собственные взгляды, при этом взрослые должны уделять взглядам ребенка внимание в соответствии с его возрастом и зрелостью. Однако здесь возникают другие вопросы: являются ли синонимами понятия «мнение» (в СК РФ) и «взгляды» (в Конвенции), кто и по каким критериям должен определять способность ребенка к формулировке своих взглядов, зрелость ребенка?

В русском языке слово «мнение» означает «суждение, выражающее оценку чего-либо, отношение к чему-либо, взгляд на что-то» [21], т. е. «мнение» и «взгляд» – синонимы.

В литературе высказана точка зрения, что «право выражать свое мнение, закрепленное ст. 57 СК РФ, генетически отлично от права выражать свое мнение, речь о котором идет в ст. 13 Конвенции, но сходно с правом выражать свои взгляды, признанным в ст. 12 Конвенции» [16, 18]. С этим можно согласиться, поскольку право «свободно выражать взгляды» в ст. 12 Конвенции – это непосредственно право на выражение своего мнения, суждений о чем-либо, а право «свободно выражать свое мнение» в ст. 13 Конвенции – это право на свободу проявления чувств, настроений, переживаний, заключающееся в свободе искать, получать и передавать информацию и идеи любого рода независимо от границ, в устной, письменной или печатной форме, в форме произведений искусства или с помощью других средств по выбору ребенка. Таким образом, термин «мнение» по ст. 13 Конвенции не соответствует терминам «мнение», «взгляды» по ст. 12 Конвенции и ст. 57 СК РФ. Более того, Семейный кодекс РФ в гораздо более усеченном варианте рассматривает право ребенка на выражение своего мнения, что подтверждает необходимость приведения российского законодательства в соответствие с международными стандартами.

Семейный кодекс РФ выделяет три «ступени» значимости выражения ребенком своего мнения: право ребенка на выражение своего мнения независимо от возраста, право ребенка, достигшего 10-летнего возраста, на учет своего мнения, обязательное согласие ребенка на осуществление в отношении него определенных действий.

Право ребенка на выражение своего мнения, по сути, не имеет вообще никаких правовых последствий. При этом, по мнению С.Б. Селецкой, если ребенок не достиг 10 лет, «родители, а в установленных случаях – опекуны и должностные лица не обязаны мотивировать свое несогласие с мнением ребенка» [12].

Возраст, с которого ребенок имеет право выражать свое мнение, не предусмотрен ни Конвенцией о правах ребенка, ни Семейным кодексом РФ. Представляется, что изучение данного вопроса имеет определенное значение.

Так, исследования современных психологов позволяют сделать вывод, что «в эпоху глобальных перемен временная продолжительность детства значимо сокращается» [7].

Уже в возрасте от 1 до 3 лет ребенок обретает самостоятельность, уверенность в себе, смотрит на себя как на самостоятельного, отдельного, но еще зависимого от родителей человека. Большинство психологов связывает «первое рождение личности» именно с 3-летним возрастом. В этом возрасте дети уже рассуждают об окружающем мире, могут принимать участие в решении повседневных задач.

Таким образом, с 3-летнего возраста ребенок может выразить свое мнение по всем вопросам, затрагивающим его интересы.

Нет единого мнения и в вопросе определения возраста, с которого необходимо придавать мнению ребенка юридическое значение. Так, В.И. Абрамов считает, что осознание ребенком социально значимого характера своего поведения и способность принимать социально значимые решения наступает не ранее 16-летнего возраста [3]. По мнению О.Ю. Ильиной, представляется обоснованным включить в ст. 57 СК РФ правило: «В случаях, предусмотренных законом, обязательным является согласие ребенка, достигшего возраста 14 лет» [11]. А.Г. Райкунова предлагает выделить в рамках СК РФ несовершеннолетних в возрасте 10–13 лет в отдельную возрастную группу и закрепить за ними на законодательном уровне наличие дееспособности в особом объеме, отличном от объема дееспособности несовершеннолетних в возрасте 6–9 лет и несовершеннолетних в возрасте 14–18 лет» [23]. По мнению А.М. Эрделевского, в связи с тем, что в соответствии со ст. 28 ГК РФ ребенок в возрасте 6-ти лет уже вправе совершать отдельные виды сделок (например, мелкие бытовые), «разумно предположить, что с того же возраста ребенок способен сформулировать и свое мнение о том, с кем из родителей он хотел бы проживать, осознавая при этом, перед кем и для каких целей он такое мнение выражает». При этом уже с этого возраста ребенок «должен быть допущен в судебное заседание» [27].

Следует отметить, что определение возрастной границы в семейном законодательстве 10-летним возрастом не имеет под собой никакого психологического обоснования. Создается впечатление, что этот возраст просто автоматически переносился из более ранних кодексов, начиная с 1926 года.

По мнению ученых-психологов, уже в дошкольном возрасте у детей «проявляется сосредоточенность и последовательность в действиях, самооценка своих действий и полученного результата» [22], в младшем школьном возрасте «дети начинают понимать, что люди могут иметь разные точки зрения в силу владения разной информацией; у них развивается способность предвидеть, что думают другие; они лучше начинают понимать других людей; начинают осознавать мотивы поведения других людей» [7].

В связи с вышеизложенным целесообразно снизить возраст, с которого обязателен учет мнения ребенка, до 7 лет. Вместе с тем, безусловно, следует согласиться с мнением ученых, предлагающих установление двойного критерия, позволяющего ребенку реализовать право на выражение мнения, – «возраста и зрелости» [17], т. е. возможности понимать и оценивать последствия обсуждаемых вопросов. Нередко ребенок 5–6 лет гораздо более аргументировано и осознанно высказывает свои суждения на разные жизненные обстоятельства, чем «недоросль» в 15–16 лет. Что касается осознания ребенком своих интересов, то, по мнению А.М. Нечаевой, «это вопрос проблематичный, поскольку несовершеннолетний даже осознанного возраста в лучшем случае видит чаще всего свои утилитарные, меркантильные интересы» [13]. И именно поэтому при выяснении мнения ребенка важно участие именно психолога, а не просто педагога или представителя органа опеки и попечительства, которые, как правило, не обладают специальными знаниями в области детской психологии.

В затруднительных случаях суд вправе назначать судебно-психиатрическую или судебно-психологическую экспертизу для выяснения вопроса о способности ребенка самостоятельно сформулировать свое мнение.

Еще одним неопределенным вопросом является обязательность учета мнения ребенка. Статья 57 СК РФ предусматривает, что учет мнения ребенка, достигшего возраста десяти лет, обязателен, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам. Однако СК РФ не содержит нормы об обязательности данного обоснования, что позволяет отклонять мнение ребенка практически произвольно, в том числе и без учета его интересов.

По мнению М.В. Антокольской, «при несогласии с мнением ребенка, лица, решающие вопросы, затрагивающие его интересы, обязаны обосновать, по каким причинам они сочли необходимым не следовать пожеланиям ребенка» [4]. С.Б. Селецкая считает, что в случае достижения ребенком 10-летнего возраста мнение ребенка, противоречащее его интересам, должно быть отклонено «мотивировано» [12]. Данная точка зрения представляется обоснованной и логичной.

Как уже отмечалось, определенные ситуации семейно-правового характера предполагают обязательное согласие ребенка, достигшего возраста 10 лет. Так, согласно Постановлению Правительства РФ от 18.05.2009 № 423 (в ред. от 10.02.2014) «Об отдельных вопросах осуществления опеки и попечительства в отношении несовершеннолетних граждан», если ребенок возражает, не может быть совершено: изменение фамилии и имени ребенка (ст. 59 СК РФ), восстановление родителей в родительских правах (ст. 72 СК РФ), усыновление ребенка (ст. 132 СК РФ), изменение фамилии, имени и отчества ребенка при усыновлении (ст. 134 СК РФ), запись усыновителей в качестве родителей ребенка (ст. 136 СК РФ), изменение фамилии и имени ребенка при отмене усыновления (ст. 143 СК РФ), назначение опекуна ребенку (п. 4 ст. 145 СК РФ) и передача ребенка в приемную семью.

Безусловно, закрепление данных положений в Семейном кодексе РФ 1995 года носит без преувеличения «революционный» характер и имеет огромное значение для обеспечения реального учета его мнения, однако далеко не все ситуации, требующие обязательного согласия ребенка, обозначены в СК РФ.

Следует согласиться с мнением О.Ю. Ильиной, что «перечень ситуаций семейно-правового характера, предполагающих получение обязательного согласия ребенка в возрасте старше 10 лет, должен быть расширен» [11].

Данное предложение является тем более актуальным с учетом тенденций развития семьи на современном этапе. Так, Россия много лет занимает лидирующее положение по состоянию с разводами: в 2010 году – 639321 (52,6 % от заключенных браков), в 2012 году – 667971 (54,5 % от заключенных браков) [1], что на 5 % больше, чем в 2010 году. Причем большинство разводящихся пар имеют несовершеннолетних детей.

Растет количество детей, родившихся у женщин, не состоящих в зарегистрированном браке: в 2010 году – 444891 ребенок, в 2012 году – 453506 детей, что на 2 % больше, чем в 2010 году [2]. По данным Всероссийской переписи населения 2010 года, более 5 млн семей составляли одинокие матери с детьми моложе 18 лет (29 % от общего количества семей), около 650 тыс. семей – одинокие отцы с детьми моложе 18 лет (4 % от общего количества семей).

Значительное число разводов семей с несовершеннолетними детьми, многочисленные повторные браки, увеличение количества одиноких родителей существенно повышают актуальность расширения списка действий, на которые необходимо обязательное согласие несовершеннолетнего. Более того, представляется, что именно вопросы, пока не вошедшие в этот список, имеют для ребенка гораздо более важное значение, чем, например, изменение его фамилии и имени.

В связи с вышеизложенным необходимо внесение изменений в семейное законодательство в части установления обязательности согласия ребенка при разрешении следующих ситуаций:

1) решение вопроса, с кем из родителей будут проживать несовершеннолетние дети в случае развода (п. 1 ст. 24 СК РФ);

2) рассмотрение судом иска об установлении отцовства в отношении данного ребенка (п. 4 ст. 48 СК РФ);

3) установление судом факта признания отцовства (ст. 50 СК РФ);

4) определение порядка общения ребенка с родителем, проживающим отдельно от ребенка, дедушкой, бабушкой, братьями, сестрами и другими родственниками (ст. 66 СК РФ).

Причем согласие ребенка должно быть обязательным условием не только при разрешении дел в судебном порядке, но и при заключении соглашений между родителями.

Кроме того, с учетом возможности применения гражданского законодательства к семейным отношениям по аналогии представляется целесообразным получение согласия ребенка, достигшего возраста 14 лет, на взыскание алиментов в судебном порядке или заключение соглашения об уплате алиментов (ст. 80 СК РФ), поскольку в данном случае ребенок может принципиально не желать получать содержание именно от этого родителя (или иного лица).

Рассматривая содержание права ребенка на выражение своего мнения, следует отметить, что нормальное развитие общественных отношений требует разумного, оптимального баланса между личными и общественными интересами, между индивидуальным и общим благом.

В связи с этим представляется целесообразным изучать пределы реализации прав ребенка. В настоящее время в российском законодательстве практически вообще нет как закрепленных правовых норм, так и исследований, посвященных определению границ, в которых несовершеннолетний может осуществлять свои права. Исключением является действующий в настоящее время Федеральный закон от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации». В данном законе впервые предусмотрена специальная статья 43 «Обязанности и ответственность обучающихся», в соответствии с которой обучающийся обязан:

1) добросовестно осваивать образовательную программу, выполнять индивидуальный учебный план, в том числе посещать предусмотренные учебным планом или индивидуальным учебным планом учебные занятия, осуществлять самостоятельную подготовку к занятиям, выполнять задания, данные педагогическими работниками в рамках образовательной программы;

2) выполнять требования устава организации, осуществляющей образовательную деятельность, правил внутреннего распорядка, правил проживания в общежитиях и интернатах и иных локальных нормативных актов по вопросам организации и осуществления образовательной деятельности;

3) заботиться о сохранении и об укреплении своего здоровья, стремиться к нравственному, духовному и физическому развитию и самосовершенствованию;

4) уважать честь и достоинство других обучающихся и работников организации, осуществляющей образовательную деятельность, не создавать препятствий для получения образования другими обучающимися;

5) бережно относиться к имуществу организации, осуществляющей образовательную деятельность.

Вместе с тем, нормы данной статьи регулируют только общественные отношения, возникающие в сфере образования в связи с реализацией права на образование. Иными словами, во всех иных сферах общественной жизни ребенок не должен себя ограничивать при реализации своих прав, в том числе и права на выражение своего мнения.

В данном случае имеет место несоответствие российского законодательства Конвенции о правах детей 1989 г. Статья 13 Конвенции предусматривает ограничение этого права в случае, когда такое ограничение предусмотрено законом и необходимо:

а) для уважения прав и репутации других лиц;

б) для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения.

С учетом изложенного представляется целесообразным предусмотреть подобные нормы и в российском законодательстве, с возложением юридической ответственности за их нарушение на самих несовершеннолетних или на их законных представителей в зависимости от возраста ребенка.

Пристатейный библиографический список

1. URL: http://www.gks.ru.

2. URL: http://www.rosmintrud.ru/docs/mintrud/protection/69.

3. Абрамов В.И. Права ребенка и их защита в России: общетеоретический анализ: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. – Саратов, 2007. – С. 28.

4. Антокольская М.В. Семейное право: Учебник. – М.: Норма – Инфра-М, 2010. – С. 189.

5. Беседкина Н.И. К вопросу о приемной семье // Правозащитник. – 2013. – № 1. – С. 11.

6. Беседкина Н.И. Право ребенка жить и воспитываться в семье // Образование и право. – 2011. – № 5. – С. 121–127.

7. Болотова А.В., Молчанова О.П. Психология развития и возрастная психология. – М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2012.

8. Вавильченкова С.Е. Общетеоретические проблемы правового регулирования в сфере материнства, детства и семьи // Ученые труды Российской академии адвокатуры и нотариата. – 2012. – № 3. – С. 76–80.

9. Вентцель К.Н. Освобождение ребенка. – 3-е изд., испр. и доп. – М.: Земля и фабрика, 1923.

10. Зиганшина Д.Ф. Имущественные права несовершеннолетних // Евразийский юридический журнал. – 2008. – № 5. – С. 90–99.

11. Ильина О.Ю. Интересы ребенка в семейном праве Российской Федерации. – М.: Городец, 2006.

12. Комментарий к Семейному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. О.Н. Низамиева. – М.: Проспект, 2011. – С. 216–217.

13. Комментарий к Семейному кодексу РФ / Отв. ред. А.М. Нечаева. – М.: Юрайт-Издат, 2008. – С. 195.

14. Корбут Л.В. Международно-правовые вопросы классификации прав детей // Евразийский юридический журнал. – 2012. – № 49. – С. 19–23.

15. Корбут Л.В. Обзор заседания комиссии по правовому положению семьи Международного союза юристов // Евразийский юридический журнал. – 2014. – № 2 (69). – С. 181–185.

16. Король И.Г. Личные неимущественные права ребенка по семейному праву Российской Федерации: Науч.-практич. пособ. – М.: Проспект, 2010.

17. Кравчук Н.В. Конвенция о международном похищении детей: законодательные проблемы и перспективы реализации // Семейное и жилищное право. – 2013. – № 1. – С. 12–17.

18. Максимович Л.Б. О праве ребенка выражать свое мнение // Проблемы гражданского, семейного и жилищного законодательства: Сборник статей / Отв. ред. В.Н. Литовкин. – М.: Городец, 2005. – С. 58–70.

19. Нечаева А.М. Россия и ее дети (ребенок, закон, государство). – М.: Институт государства и права РАН, 2000. – С. 71–95.

20. Нештаева Т.Н. Суд и общепризнанные принципы и нормы международного права // Вестник ВАС РФ. – 2004. – № 3.

21. Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка / Под ред. проф. Л.И. Скворцова. – М.: Оникс, 2010. – С. 541.

22. Психология: Учебник / Отв. ред. А.А. Крылов. – М.: Проспект, 2009. – С. 323.

23. Райкунова А.Г. Правосубъектность несовершеннолетних в области семейных личных неимущественных отношений // Семейное и жилищное право. – 2005. – № 1. – С. 7.

24. Скакун О.С. Международно-правовые аспекты реализации права ребенка «не разлучаться с родителями» при распаде семьи // Евразийский юридический журнал. – 2013. – № 9 (64). – С. 65–71.

25. Татаринцева Е.А. Правовые последствия усыновления для усыновителей, их родственников в Российской Федерации и странах общего права // Евразийский юридический журнал. – 2012. – № 47. – С. 126–131.

26. Тверитинова О.Г. Имущественные права ребёнка: проблемы реализации // Правозащитник. – 2013. – № 2. – С. 1.

27. Эрделевский А.М. Право ребенка на выражение мнения // СПС КонсультантПлюс, 2001.

References (transliterated)

1. URL: http://www.gks.ru.

2. URL: http://www.rosmintrud.ru/docs/mintrud/protection/69.

3. Abramov V.I. Prava rebenka i ih zashhita v Rossii: obshheteoreticheskij analiz: Avtoref. dis. … d-ra jurid. nauk. – Saratov, 2007. – S. 28.

4. Antokol’skaja M.V. Semejnoe pravo: Uchebnik. – M.: Norma – Infra-M, 2010. – S. 189.

5. Besedkina N.I. K voprosu o priemnoj sem’e // Pravozashhitnik. – 2013. – № 1. – S. 11.

6. Besedkina N.I. Pravo rebenka zhit’ i vospityvat’sja v sem’e // Obrazovanie i pravo. – 2011. – № 5. – S. 121–127.

7. Bolotova A.V., Molchanova O.P. Psihologija razvitija i vozrastnaja psihologija. – M.: Izd. dom Vysshej shkoly jekonomiki, 2012.

8. Vavil’chenkova S.E. Obshheteoreticheskie problemy pravovogo regulirovanija v sfere materinstva, detstva i sem’i // Uchenye trudy Rossijskoj akademii advokatury i notariata. – 2012. – № 3. – S. 76–80.

9. Ventcel’ K.N. Osvobozhdenie rebenka. – 3-e izd., ispr. i dop. – M.: Zemlja i fabrika, 1923.

10. Ziganshina D.F. Imushhestvennye prava nesovershennoletnih // Evrazijskij juridicheskij zhurnal. – 2008. – № 5. – S. 90–99.

11. Il’ina O.Ju. Interesy rebenka v semejnom prave Rossijskoj Federacii. – M.: Gorodec, 2006.

12. Kommentarij k Semejnomu kodeksu Rossijskoj Federacii / Otv. red. O.N. Nizamieva. – M.: Prospekt, 2011. – S. 216–217.

13. Kommentarij k Semejnomu kodeksu RF / Otv. red. A.M. Nechaeva. – M.: Jurajt-Izdat, 2008. – S. 195.

14. Korbut L.V. Mezhdunarodno-pravovye voprosy klassifikacii prav detej // Evrazijskij juridicheskij zhurnal. – 2012. – № 49. – S. 19–23.

15. Korbut L.V. Obzor zasedanija komissii po pravovomu polozheniju sem’i Mezhdunarodnogo sojuza juristov // Evrazijskij juridicheskij zhurnal. – 2014. – № 2 (69). – S. 181–185.

16. Korol’ I.G. Lichnye neimushhestvennye prava rebenka po semejnomu pravu Rossijskoj Federacii: Nauch.-praktich. posob. – M.: Prospekt, 2010.

17. Kravchuk N.V. Konvencija o mezhdunarodnom pohishhenii detej: zakonodatel’nye problemy i perspektivy realizacii // Semejnoe i zhilishhnoe pravo. – 2013. – № 1. – S. 12–17.

18. Maksimovich L.B. O prave rebenka vyrazhat’ svoe mnenie // Problemy grazhdanskogo, semejnogo i zhilishhnogo zakonodatel’stva: Sbornik statej / Otv. red. V.N. Litovkin. – M.: Gorodec, 2005. – S. 58–70.

19. Nechaeva A.M. Rossija i ee deti (rebenok, zakon, gosudarstvo). – M.: Institut gosudarstva i prava RAN, 2000. – S. 71–95.

20. Neshtaeva T.N. Sud i obshhepriznannye principy i normy mezhdunarodnogo prava // Vestnik VAS RF. – 2004. – № 3.

21. Ozhegov S.I. Tolkovyj slovar’ russkogo jazyka / Pod red. prof. L.I. Skvorcova. – M.: Oniks, 2010. – S. 541.

22. Psihologija: Uchebnik / Otv. red. A.A. Krylov. – M.: Prospekt, 2009. – S. 323.

23. Rajkunova A.G. Pravosub#ektnost’ nesovershennoletnih v oblasti semejnyh lichnyh neimushhestvennyh otnoshenij // Semejnoe i zhilishhnoe pravo. – 2005. – № 1. – S. 7.

24. Skakun O.S. Mezhdunarodno-pravovye aspekty realizacii prava rebenka «ne razluchat’sja s roditeljami» pri raspade sem’i // Evrazijskij juridicheskij zhurnal. – 2013. – № 9 (64). – S. 65–71.

25. Tatarinceva E.A. Pravovye posledstvija usynovlenija dlja usynovitelej, ih rodstvennikov v Rossijskoj Federacii i stranah obshhego prava // Evrazijskij juridicheskij zhurnal. – 2012. – № 47. – S. 126–131.

26. Tveritinova O.G. Imushhestvennye prava rebjonka: problemy realizacii // Pravozashhitnik. – 2013. – № 2. – S. 1.

27. Jerdelevskij A.M. Pravo rebenka na vyrazhenie mnenija // SPS Konsul’tantPljus, 2001.

НОВОСТИ

Наши партнеры

 

Лицензия Creative Commons
Это произведение доступно по лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная.